Аффилированное с должником лицо

Содержание

Верховный Суд дал важные разъяснения относительно требований аффилированных лиц при банкротстве

Аффилированное с должником лицо

Президиум Верховного Суда РФ утвердил Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований лиц, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц.

В Обзоре даны важные разъяснения относительно специфики участия в делах о банкротстве лиц, аффилированных с должником и (или) контролирующих его деятельность. Содержащиеся в Обзоре разъяснения в первую очередь будут полезны независимым кредиторам.

Они упрощают задачу борьбы с попытками аффилированных с должником лиц установить в деле о банкротстве неправомерный контроль за счет предъявления фиктивных требований.

Кредиторам, осуществляющим финансовую помощь аффилированным лицам в условиях возникших у таких лиц финансовых трудностей, необходимо помнить, что такое финансирование, скорее всего, будет признано «компенсационным» (как описано ниже) и не даст им возможности контроля в отношении процедур банкротства.

Банкам, участвующим в управлении деятельностью их должников на основании обеспеченных сделок, также нужно учитывать связанные с этим риски. Если в рамках процедур банкротства должника выяснится, что банк действовал недобросовестно, очередность его требования может быть снижена. Рассмотрим наиболее важные комментарии Верховного Суда.
В отношении требований кредиторов, аффилированных с должником, действует повышенный стандарт доказывания

Верховный Суд подтвердил строгий подход к проверке обоснованности требований кредиторов, аффилированных с должником. На их требования, в отличие от требований независимых кредиторов, распространяется повышенный стандарт доказывания. Это означает, что аффилированному кредитору недостаточно представить в суд стандартный комплект документов, подтверждающий наличие у должника долга по тому или иному обязательству. Аффилированный кредитор обязан также устранить любые разумные сомнения в том, что этот долг является фиктивным.

Финансирование аффилированного лица для выведения его из кризиса создает дополнительные риски

Значительная часть Обзора касается случаев предоставления контролирующими компанию лицами финансирования (в той или иной форме) с целью последующего контроля над ходом дела о банкротстве или, по крайней мере, «гарантированного» попадания в реестр кредиторов на условиях не хуже, чем у сторонних, независимых кредиторов. Согласно общему подходу, сформулированному в Обзоре, требования контролирующих должника лиц не могут иметь одинаковую очередность с требованиями независимых кредиторов. Такие требования признаются «компенсационным финансированием». Компенсационное финансирование не включается в третью очередь требований кредиторов, а следует за ней как «очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты». Ликвидационной квотой называют имущество, оставшееся после расчетов со всеми кредиторами и подлежащего передаче акционерам (участникам) общества при его ликвидации. Таким образом, предоставившее компенсационное финансирование лицо получит возможность удовлетворения своих требований только после того, как завершатся расчеты со всеми независимыми кредиторами. Верховный Суд указал, что в ситуации возникновения у должника значительных финансовых трудностей закон обязывает его подавать заявление о собственном банкротстве. Если тем не менее контролирующее должника лицо решает поддержать бизнес несостоятельной компании и оказывает ей какую-либо финансовую помощь («компенсационное финансирование»), оно принимает на себя повышенный риск. При этом компенсационным финансированием является практически любая помощь при возникновении у должника существенных финансовых трудностей. Предоставление займа, отсрочка по долгу, заключение любой иной сделки на нерыночных условиях и даже приобретение у независимого кредитора прав требования к аффилированной компании – все эти действия могут рассматриваться как компенсационное финансирование при его предоставлении контролирующим должника лицом.

Требование о возврате займа, выданного контролируемой проектной компании (SPV), также не включается в третью очередь требований кредиторов

В Обзоре рассмотрен вопрос очередности требований кредитора при финансировании контролируемой им проектной компании (SPV, special purpose vehicle). В рассматриваемом деле Верховный Суд установил, что обанкротившаяся компания учреждалась для целей реализации проекта в сфере недвижимости. При этом уставный капитал компании (10 тысяч рублей) со всей очевидностью не позволял ей вести подобный проект. Вместо того чтобы увеличить уставный капитал перед началом проекта, контролирующее проектную компанию лицо выдало ей крупный внутригрупповой заем. Когда проектная компания обанкротилась, контролирующее лицо обратилось в суд с требованием о включении требований из договора займа в реестр кредиторов. Верховный Суд указал, что подобная модель организации бизнеса изначально давала аффилированному лицу неправомерное преимущество, поскольку учредитель не рисковал потерять свои инвестиции в уставный капитал проектной компании в случае ее банкротства. В такой ситуации очередность требования аффилированного лица о включении в реестр кредиторов проектной компании должна быть понижена по отношению к требованиям независимых кредиторов.

Исключения для добросовестных контролирующих лиц и банков

В Обзоре рассматривается ситуация, когда лицо, контролирующее компанию, в предбанкротной ситуации предоставило ей компенсационное финансирование, заранее согласовав это с мажоритарным кредитором компании. Права иных (миноритарных) кредиторов при этом не нарушались. Верховный Суд отметил, что в данном случае контролирующее лицо действовало добросовестно. Следовательно, нет оснований для понижения очередности его требований при банкротстве контролируемого лица. Аналогичное исключение должно применяться и в отношении банков. Даже если банк выдает кредит под обеспечение, позволяющее участвовать в деятельности должника (например, залог акций должника с правом голоса по ним), он тем не менее не становится контролирующим должника лицом.

В том случае если банк реализует свои права по данному обеспечению добросовестно (то есть как обычный кредитор-залогодатель) и без ущерба для бизнеса должника, очередность требования банка не подлежит понижению.

Источник: https://zakon.ru/blog/2020/03/20/verhovnyj_sud_dal_vazhnye_razyasneniya_otnositelno_trebovanij_affilirovannyh_lic_pri_bankrotstve

Аффилированные юридические лица при банкротстве: понятие, признаки, правила доказывания

Аффилированное с должником лицо

Аффилированные лица при банкротстве юридических лиц — это люди или организации, которые могут оказывать влияние на деятельность существующих юридических лиц, если последние занимаются осуществлением различных видов предпринимательской деятельности.

Правовая основа

Определение аффилированного лица содержится в положениях статьи 4 Закона РСФСР № 948-1, датированного 22 марта 1991 года. Указанная статья в части абзацев 26-35 даёт определения понятий, связанных с аффилированностью юридических и физических лиц, в том числе, если речь идёт об участии рассматриваемой организации в группе компаний.

Если говорить о процедуре банкротства, которая проводится в соответствии с положениями Федерального закона №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», понятие «аффилированные лица» в нем не используется, так как вместо этого понятия введено другое – «контролирующее должника лицо».

Отождествлять два этих термина, с юридической точки зрения, не является правильным, так как аффилированными признаются те субъекты экономических взаимоотношений, которые оказывают влияние на действия организаций, созданных и функционирующих с целью осуществления предпринимательской деятельности.

Контролирующим должника лицом, в свою очередь, признаются организация или человек, влияющие на принятие решений в организации или могут каким-либо образом повлиять на те действия, которые совершаются в организации. Однако использование данного термина применимо ко всем организациям, проходящим процедуру банкротства.

Таким образом, при всей схожести терминов они имеют определенные различия, поэтому Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» может рассматриваться как основа существования аффилированных лиц только при учете существующих особенностей используемых понятий.

Наиболее распространенная практика привлечения аффилированных лиц в настоящее время известная для акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью.

Именно поэтому при рассмотрении вопроса, связанного с функционированием аффилированных лиц, в том числе если речь идет о процедуре банкротства организации, потребуется обратиться к Федеральным законам «Об обществах с ограниченной ответственностью» и «Об акционерных обществах».

Кто является аффилированным юридическим лицом при проведении процедуры банкротства

Как уже говорилось выше, под аффилированными юридическими лицами при процедуре банкротства следует понимать людей и организации, которые в силу определенным образом сложившихся обстоятельств могут оказывать влияние на те решения, которые принимает организация-должник.

Аффилированные лица нередко могут оказать существенное влияние на то, какую финансовую политику проводит конкретная организация, в том числе в части расширения своих активов либо, наоборот, при их сокращении.

Однако такие действия рассматриваемых лиц в конечном итоге не несут (или не должны нести) негативных последствий для зависимой организации.

Так как в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» понятия аффилированных лиц нет, а взамен него используется понятие контролирующих должника лиц, то и при рассмотрении вопроса о том, кого следует считать аффилированными лицами во время процедуры банкротства, необходимо опираться именно на эту замену понятий. На основании такой замены можно сделать вывод, что при процедуре банкротства определение аффилированного лица и его ключевых признаков происходит в соответствии с положениями статьи 61.10 Федерального закона №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В качестве контролирующего должника лица (или аффилированного лица), то есть лица, которое оказывает или могло оказывать влияние на действия организации, признается человек или юридическое лицо, которое:

  • оказывает влияние на действия организации, в том числе на принимаемые ее руководством решения в части организации и ведения бизнеса;
  • является участником коллегиального органа управления организации либо единственным представителем единоличного органа управления организации;
  • имеет право распоряжаться голосами акций, которые имеют более двадцати процентов веса от всего числа голосующих акций, либо имеет более пятидесяти процентов от общего уставного капитала созданной компании;
  • не имеет прямого влияния на действия, осуществляемые организацией, проходящей через процедуру банкротства, но может влиять на решения, принимаемые руководством такой организации, в том числе на основании родственных или иных аналогичных взаимоотношений.

Кроме того, в качестве основания для рассмотрения в качестве контролирующего или аффилированного лица могут быть использованы другие признаки, которые определяет суд в каждом конкретном случае банкротства.

Основные признаки аффилированных лиц

Для того чтобы при рассмотрении дела о банкротстве в арбитражном суде возможно было представить тех или иных участников процесса в качестве аффилированных лиц, необходимо уточнить, каким признакам такие лица соответствуют.

Все признаки аффилированности следует проанализировать на основании статьи 4 Закона РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», а также на основании статьи 61.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

На основании положений указанных статей нормативных актов к основным признакам аффилированного лица при проведении процедуры банкротства относятся:

  • должностное или родственное положение по отношению к организации-должнику или физическому лицу-должнику, которое может быть подтверждено документально. Однако данный признак может быть рассмотрен только в том случае, если идет речь об оказании влияния на принимаемые юридическим лицом или человеком решения, имеющие отражение на его финансовом состоянии, а также если такие принятые под влиянием решения привели к банкротству;
  • наличие полномочий, полученных от должника, совершать различные сделки, в том числе по изменению существующей имущественной базы, если такие сделки были осуществлены с умышленной целью приведения к банкротству;
  • если рассматриваемое на предмет признаков аффилированности лицо не связано с должником, но осуществляет или осуществляло оказание влияния на принимаемые решения, например, путем принуждения ответственных должностных лиц;
  • владение не менее, чем двадцатью процентами голосующих акций организации-должника либо соответствующей долей в уставном капитале. Данный признак распространяется как на физических лиц, так и на организации вне зависимости от их форм собственности, если они принимали участие в создании компании-должника либо являются собственниками акций;
  • если организация-должник, которая проходит процедуру банкротства, входит в состав какой-либо финансовой группы или финансово-промышленной группы, то для такой организации аффилированными лицами будут руководители других участников таких групп, в том числе члены советов директоров и представители единоличных органов управления такими организациями;
  • если речь идет о других группах лиц, созданных как объединение по какому-то одному признаку (например, объединение по признаку осуществления финансовой деятельности), то аффилированными должнику лицами будут выступать те лица, которые входят с ним в одну группу по определенному признаку (например, объединение организаций по признаку осуществления сходных хозяйственных функций).

Каждый такой признак суд рассматривает в ходе изучения дела о банкротстве по отношению к каждому предоставленному в списке аффилированному лицу с целью установления правомерности его предоставления в таком списке.

Правила доказывания аффилированности юридического лица

С 2018 года Верховный Суд Российской Федерации сформировал ряд примеров из практики своей Коллегии по арбитражным спорам, в которых формируются правила доказывания аффилированности юридических лиц по отношению к организации-банкроту.

Ключевым фактором, который действует по отношению к новым правилам доказывания аффилированности, является необходимость доказывания того факта, что конкретное лицо, обладая влиянием на принимаемые должником решения, не имело своей целью оказать негативное влияние на принимаемые решения.

Доказывание позиции аффилированности лежит на том лице, которое выступает в качестве аффилированного (находится в специальном списке).

Необходимость такого доказывания становится актуальной в том случае, если у должника перед аффилированным лицом возникает какая-то задолженность. В этом случае представителю юридического лица, претендующего на установленную аффилированность, необходимо предоставить в суде все доказательства, которыми он располагает.

При доказывании аффилированности компании, которая претендует на такой статус, необходимо раскрыть свои хозяйственно-экономические связи, в том числе с организацией-должником.

Кроме того, придется также доказать, что возникшие долги не обладают корпоративной природой возникновения, то есть не возникли вследствие оказания давления аффилированными лицами на организацию, проходящую процедуру банкротства.

Для того чтобы компания была признана аффилированной, а также, чтобы ее требования были признаны обоснованными, потребуется предоставить в суд для рассмотрения информацию о том, что финансирование организации-должника происходит на основании средств такого аффилированного лица напрямую либо через группу компаний, в которую включен должник.

Суд рассматривает предоставленные ему материалы (доказывание осуществляется в соответствии с правилами, применяемыми в гражданском и арбитражном процессе) и в соответствующем решении определяет правомерность признания конкретного лица аффилированным к организации-должнику, а также правомерность включения требований такой организации в список требований кредиторов, формируемый при проведении процедуры банкротства.

Последствия аффилированности

Правовые последствия аффилированности юридического лица организации-банкроту зависят напрямую от тех взаимоотношений, которые были выстроены между аффилированным лицом и зависимой компанией.

В соответствии со статьями 89 Федерального закона «Об акционерных обществах» и 50 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» юридические лица, у которых имеются аффилированные к ним организации, обязаны хранить списки таких организаций и предоставлять информацию о них в контролирующие органы в виде специальных отчетов. Такие отчеты сдаются один раз в квартал, при этом необходимо соблюсти правило предоставления списка аффилированных лиц в течение сорока пяти дней со дня, следующего за днем окончания отчетного квартала.

Кроме того, такой вариант контроля за существующими отношениями аффилированности осуществляется также и в случае, если в списке произошли какие-либо изменения, например, в сторону увеличения.

Что же касается самих аффилированных лиц, то на них действующим законодательством возлагается обязанность о предоставлении данных их зависимым компаниям о том, сколько акций и какого типа акции им принадлежит.

Предоставление таких сведений должно осуществляться в срок не более десяти дней с даты приобретения акций либо других манипуляций с акциями.

При этом если по причине непредоставления аффилированным лицом данных о манипуляциях с акциями у зависимой организации возникли существенные проблемы, либо если отсутствие такой отчетной информации причинило зависимому лицу ущерб, на аффилированное лицо могут быть наложены штрафные санкции в размере причиненного ущерба.

Правила предоставления акционерными обществами сведений об аффилированных лицах

Так как обязанность вести учет своих аффилированных лиц ложится на плечи всех организаций, которые находятся в таком зависимом состоянии, то и раскрывать информацию о них они обязаны постоянно, в том числе публикацией в сети интернет списков таких аффилированных лиц.

Главным образом данная обязанность распространяется на акционерные общества, которые должны не только публиковать такие списки, но и предоставлять их всем своим акционерам в качестве ответа на запрос.

Кроме того, при подготовке отчетности общества (контролирующая и периодическая отчетность, подготавливаемая на основании результатов хозяйственной и экономической, а также производственной деятельности) список аффилированных лиц включается в пояснительную записку.

Непубличные акционерные общества обязаны один раз в год публиковать свою бухгалтерскую отчетность в сети интернет с раскрытием списка аффилированных лиц. Данное правило действует в тех случаях, если у такого акционерного общества более пятидесяти акционеров, а также по требованию своих акционеров предоставлять им все необходимые сведения.

Акционерные общества публичного и непубличного типа, если они выпустили облигации (то есть эмиссионные ценные бумаги), свои сведения об аффилированных лицах публикуют ежеквартально на сайте той компании, которая уполномочена на распространение выпущенных ценных бумаг. Отчеты должны быть опубликованы в течение двух рабочих дней со дня окончания отчетного периода. Если такой день приходится на выходной, то публикация должна быть осуществлена не позднее следующего рабочего дня.
Не нашли ответа на свой вопрос? Звоните на телефон горячей линии 8 (800) 350-34-85. Это бесплатно.

Источник: https://zakonguru.com/bankrotstvo/yuridicheskix-lic/affilirovannye.html

Вс защитил право аффилированного с должником лица при выкупе им права требования по договору цессии

Аффилированное с должником лицо

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ опубликовала Определение от 20 августа 2020 г. № 305-ЭС20-8593 по делу о включении в реестр требований кредиторов организации-банкрота требования аффилированного лица.

Суды трех инстанций разошлись в оценке прав аффилированного с должником лица, выкупившего право требования к нему

В августе 2018 г. арбитражный суд включил в третью очередь реестра кредиторов ООО «Международная Телекоммуникационная Компания – ЭРА» требования ПАО «Ростелеком» в лице макрорегионального филиала «Центр» на сумму свыше 2 млн руб. (задолженность по договору и проценты за пользование чужими денежными средствами).

Впоследствии «Ростелеком» по договору цессии уступил Сергею Косову право требования к должнику. Косов обратился в суд с заявлением о процессуальной замене ПАО «Ростелеком» на правопреемника в его лице.

Первая инстанция и апелляция удовлетворили заявление, исходя из исполнения договора цессии, которое повлекло материальное правопреемство в гражданско-правовом отношении, являющееся основанием для процессуальной замены кредитора в реестре требований. Апелляция отметила, что факт замены одного кредитора на другого, в том числе аффилированного с должником (Сергей Косов является сыном участника общества-должника), сам по себе не приводит к нарушению прав конкурсных кредиторов.

В дальнейшем окружной суд частично изменил акты нижестоящих судов. Он признал требование Сергея Косова к должнику на сумму свыше 2 млн руб. обоснованным, однако счел его подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст.

148 этого Закона и п. 8 ст. 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

При этом кассация исходила из того, что поскольку аффилированное лицо приобрело право требования к должнику уже в процедуре банкротства (в очевидном для заявителя состоянии неплатежеспособности должника), то очередность требования нового кредитора, аффилированного с должником, должна быть понижена.

ВС пояснил, почему права требования аффилированного кредитора в рассматриваемом случае не подлежат субординации

Сергей Косов обжаловал постановление кассации в Верховный Суд.

Изучив материалы дела № А40-113580/2017, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС отметила, что законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

ВС обобщил практику по субординации требований кредиторовОбзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц содержит 14 правовых позиций

Вместе с тем, пояснил ВС, из этого правила есть ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом ВС от 29 января 2020 г.). Так, в п. 6.

2 обзора рассмотрена ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, – т.е. фактически профинансировал должника.

В рассматриваемом деле, подчеркнул Суд, приобретение требования к должнику по договору цессии осуществлено аффилированным лицом после признания должника банкротом. Это обстоятельство не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника в смысле, который заложен в п. 6.2 обзора.

«Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (п. 3.1 обзора). В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица», – отмечается в определении.

Верховный Суд пояснил, что, в отличие от ситуации, приведенной в обзоре, после введения процедуры банкротства невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение должника, поскольку такая процедура является публичной, открытой и гласной.

«Об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования. Таким образом, п. 6.

2 обзора не подлежит применению в случае, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства», – указал ВС.

Там же подчеркивается, что обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования у независимых кредиторов, лишая тех возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования подобным образом.

При этом само по себе включение в реестр аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным. В связи с этим Верховный Суд отменил постановление окружного суда, оставив в силе решения первой и апелляционной инстанций.

Эксперты отметили важность позиции ВС для банкротной практики

Комментируя «АГ» определение, адвокат АП г. Москвы Виталий Ульянов отметил, что в нем Верховный Суд признал право аффилированного с должником лица при выкупе задолженности у независимого кредитора на стадии конкурсного производства претендовать на конкурсную массу наравне с остальными кредиторами – т.е.

отказался его субординировать. «Такая позиция не является универсальной и принята с учетом фактических обстоятельств конкретного дела.

При этом Суд установил, что субординация таких требований будет дестимулировать контролирующих должника и аффилированных с ним лиц в приобретении прав требования у независимых кредиторов», – считает он.

По мнению адвоката, такой подход представляется недостаточно обоснованным.

«В реальности целью любой сделки уступки в банкротстве является получение определенных благ, которыми могут быть права требования (право на получение части конкурсной массы) либо получение прав кредитора, предоставленных Законом о банкротстве (ание на собрании кредиторов, контроль деятельности конкурсного управляющего), либо вывод из дела о банкротстве активного кредитора (оспаривающего сделки, подающего заявления о субсидиарной ответственности и т.п.). В рассматриваемом случае сын участника должника выкупил права требования за 10% от номинальной стоимости, что, возможно, связано с желанием получить удовлетворение требований, поэтому ранее суд правильно установил, что компенсационного финансирования в данном случае нет», – пояснил Виталий Ульянов.

У эксперта возник вопрос: если у сына контролирующего должника лица имеются средства на покупку отдельного требования, почему остальные кредиторы лишаются права на такое же удовлетворение требований и впоследствии должны разделить с аффилированным кредитором конкурсную массу? «Ответа на данный вопрос определение не содержит.

Логичным выглядело бы поведение такого кредитора, когда в условиях неясности цели сделки на него должно быть перенесено бремя доказывания своей добросовестности, – полагает Виталий Ульянов – С учетом принципа состязательности арбитражного процесса возможен также подход, когда конкурсный управляющий либо независимый кредитор приводит убедительные доводы о недобросовестной цели уступки (например, приобретение мажоритарной задолженности с целью контроля над делом о банкротстве, смены арбитражного управляющего, лишения кредиторов доступа к информации и т.д.), а бремя доказывания обратного должно возлагаться на аффилированного кредитора. Если он не может опровергнуть доводы управляющего, такие требования должны быть понижены в очередности как санкция за недобросовестное поведение (ст. 10 ГК РФ)».

Партнер АБ «Бартолиус» Наталья Васильева считает позицию ВС крайне важной для судебной практики в сфере банкротства. «Она поставила точку в вопросе о том, подлежит ли субординации или даже отказу во включении требование аффилированного с должником кредитора, который приобрел это право у независимого кредитора после введения в отношении должника процедуры банкротства», – отметила она.

Данная тема, заметила эксперт, имеет длительную историю. «Вначале Верховный Суд пресек попытки кредиторов по скупке кредиторской задолженности на основании ст. 313 ГК после введения процедуры банкротства.

Далее начала складываться практика с применением аналогичных подходов, но уже к приобретению прав требований на стадии наблюдения или конкурсного производства по договорам цессии (см. Постановление АС Московского округа от 29 декабря 2018 г. по делу № А41-26907/2017).

И лишь сейчас Верховный Суд одобрил такую схему: после введения процедуры банкротства аффилированное с должником лицо вправе на основании договора цессии приобретать права требования у независимых кредиторов и заявлять о процессуальном правопреемстве, в ходе рассмотрения которого его требование не подлежит субординации, поскольку факт компенсационного финансирования должника в условиях имущественного кризиса с целью сокрытия последнего от иных кредиторов фактически не имеет места при заключении договора цессии в отношении банкрота», – пояснила Наталья Васильева.

Она добавила, что определение содержит универсальные выводы, подлежащие применению при рассмотрении любого аналогичного дела.

«Таким образом, деятельность аффилированных с должником лиц по скупке кредиторской задолженности с целью получения контроля над процедурой банкротства, которая на время (с 2018 по 2020 г.

) не имела успеха (как отмечалось, практика начала складываться в негативную для аффилированных кредиторов сторону), получила одобрение со стороны Верховного Суда», – заметила Наталья Васильева.

Данная позиция, полагает она, может быть оценена как позитивно (независимые кредиторы, особенно с небольшим размером долга, которого зачастую не хватает для получения 51% , сохраняют возможность «выторговать» свою задолженность даже на стадии банкротства должника), так и негативно.

«Дело в том, что теперь должник будет более решительно через аффилированных лиц аккумулировать голоса при подготовке к собранию кредиторов, скупая права требования у одних кредиторов – и давая им тем самым возможность получить хотя бы часть долга, – и оставляя независимых кредиторов как с непогашенным долгом, так и с меньшинством на собрании, хотя основная цель процедуры банкротства – пропорциональное удовлетворение требований всех кредиторов», – подчеркнула эксперт.

Наталья Васильева заключила, что с точки зрения развития банкротной практики правовой подход ВС можно назвать скорее неожиданным, нежели закономерным, хотя определение содержит понятное и логичное обоснование.

Адвокат, руководитель практик разрешения споров и международного арбитража ART DE LEX Артур Зурабян отметил, что позиция ВС определяет еще один значимый принцип при рассмотрении требований аффилированных с должником кредиторов.

«Как следует из определения, если аффилированное лицо приобретает право требования у независимого кредитора после открытия процедуры по делу о банкротстве, такой выкуп задолженности по общему правилу не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования, и, соответственно, право требования такого лица не может быть понижено в очередности», – полагает он.

Как пояснил адвокат, если будет установлена недобросовестность аффилированного с должником лица (направленная, например, на исключение привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности), суд может сделать исключение из данного правила.

Вместе с тем, резюмировал он, определенность по данному вопросу важна для практики.

«Так, например, аналогичный вопрос в настоящее время рассматривается по второму кругу в рамках дела о банкротстве ОАО “ГлобалЭлектроСервис” (№ А40-69663/2017), где общество, аффилированное с контролирующими должника лицами (по крайней мере, если исходить из аргументов заявления о привлечении к субсидиарной ответственности), выкупило у основного кредитора права требования на сумму порядка 9 млрд руб. Кассация направила данный обособленный спор на новое рассмотрение, использовав сходную с данным определением ВС аргументацию. Соответственно, АС г. Москвы определением от 23 июля подтвердил правопреемство – в начале сентября состоится заседание апелляции», – в заключение отметил Артур Зурабян.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-zashchitil-pravo-affilirovannogo-s-dolzhnikom-litsa-pri-vykupe-im-prava-trebovaniya-po-dogovoru-tsessii/

Если кредитор аффилирован с должником

Аффилированное с должником лицо

Ольга Жданова, ИНТЕЛЛЕКТ-С: «Верховный Суд разобрался в ситуации, а не стал “причесывать всех под одну гребенку” корпоративности».

19.03.2019 | Новая адвокатская газета | Зинаида Павлова

Как пояснил Суд, действующее законодательство о банкротстве не позволяет снизить очередность удовлетворения требований связанных кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Эксперты «АГ» положительно оценили позицию Верховного Суда.

По мнению одного из них, она защищает интересы добросовестных аффилированных с должником лиц в делах о банкротстве, позволяя им получить вложенные денежные средства наравне с иными кредиторами третьей очереди.

Другой эксперт отметил, что в рассматриваемом деле ВС разобрался в ситуации, а не стал «причесывать всех под одну гребенку» корпоративности.

4 февраля Верховный Суд РФ вынес определение по делу об оспаривании кредитором, являющимся мажоритарным участником группы компаний, куда входил должник-банкрот, отказа суда включить его требования в реестр.

Суды усмотрели злоупотребление правом в действиях кредитора

В 2011 году ООО «Анкор Девелопмент», входящее в группу компаний «Анкор», заключило договор процентного займа с предпринимателем Сергеем Плешковым, являющимся мажоритарным участником этой ГК.

Через четыре года стороны подписали договор новации, по условиям которого ИП предоставил обществу денежные средства на сумму 804 млн руб. (невозвращенный остаток составляет 657 млн руб.). Кроме того, между указанными лицами был заключен договор беспроцентного займа на сумму 50 млн руб.

(невозвращенный остаток составляет 27 млн руб.), данный договор гражданин подписал как физлицо.

После возбуждения в отношении общества процедуры банкротства Сергей Плешков обратился в суд в качестве предпринимателя и физлица с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности на сумму 684 млн руб. по договорам займа.

Как было установлено судами, должник и другие юрлица (общества «Северная Генподрядная компания» и «Анкор Инвест») были созданы одновременно для реализации проекта по строительству и дальнейшей эксплуатации торгового центра «Солнечный».

Для привлечения денежных средств на строительство объекта ГК «Анкор» заключила кредитные договоры с ПАО «Сбербанк России» (правопредшественник общества «Нефтесервис»), по условиям которых она должна согласовывать с последним любое заимствование денежных средств и гарантий, обеспечивать высокие показатели финансовой устойчивости и предоставлять подтверждающие целевое использование кредитных средств документы (исключительно на финансирование выполненных работ по объекту и на приобретение оборудования для объекта).

Арбитражный суд отказал в удовлетворении заявления, ссылаясь на ст. 10 ГК РФ, а также на п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. №35.

Так, суд указал на создание между аффилированными лицами искусственного кругооборота денежных средств в виде льготного продолжительного кредитования в форме займов, а также на поведение потенциального кредитора по наращиванию подконтрольной кредиторской задолженности при наличии в этот же период значительной просрочки исполнения обязательств по кредитным договорам.

Впоследствии апелляция отменила это решение и включила в третью очередь реестра требований кредиторов денежные требования Сергея Плешкова на сумму 603 млн руб.

Вторая инстанция исходила из того, что условия заключенных должником с банком кредитных договоров не позволяли привлекать заемные средства от иных (независимых) кредиторов и в то же время допускали финансирование со стороны ГК «Анкор», обязательства должника перед которой, в отличие от других кредиторов, субординации не подлежали.

Докапитализация должника путем увеличения уставного капитала была невозможна из-за корпоративного конфликта между Сергеем Плешковым и другим участником ГК Сергеем Васеневым.

В дальнейшем суд округа отменил постановление апелляции. Поддержав выводы суда первой инстанции, кассация указала на злоупотребление Сергеем Плешковым своими правами, поскольку спорные правоотношения фактически направлены на увеличение уставного капитала в обход требований закона и являются корпоративными.

ВС согласился с позицией апелляции о включении требований в реестр

Со ссылкой на существенные нарушения Сергей Плешков обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ. После изучения обстоятельств дела №А81-7027/2016 Судебная коллегия по экономическим спорам пришла к выводу о ее обоснованности.

Коллегия пояснила, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, понижающих очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Факт того, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

При этом Верховный Суд подчеркнул наличие собственной судебной практики, согласно которой при определенных обстоятельствах участнику либо иному аффилированному по отношению к должнику лицу может быть отказано во включении его требования в реестр, в частности, когда заем прикрывал корпоративные отношения по увеличению уставного капитала (п. 2 ст. 170 ГК РФ) либо когда финансирование предоставлялось в рамках реализации публично не раскрытого плана выхода фактически несостоятельного должника из кризиса при условии, что такой план не удалось реализовать.

Во избежание путаницы ВС пояснил: «При рассмотрении подобной категории дел в каждом конкретном случае надлежит исследовать правовую природу отношений между участником (аффилированным лицом) и должником, цели и источники предоставления денежных средств, экономическую целесообразность и необходимость их привлечения путем выдачи займа, дальнейшее движение полученных заемщиком средств и т.п.».

Поскольку в кредитных договорах с банком содержалось в том числе условие о том, что требования участников ГК «Анкор» перед банком не субординируются, включение такого условия может рассматриваться как действия, направленные на заключение впоследствии соглашения между кредиторами о порядке удовлетворения их требований к должнику (ст. 309.1 ГК РФ). Договорившись об этом, банк (и, как следствие, его правопреемник) согласился с тем, что требования участников группы компаний должника могут быть ему противопоставлены без возражений по мотиву необходимости понижения их очередности. «При этом не имеется каких-либо оснований полагать, что данное условие договора не применяется в процедуре банкротства. Напротив, экономические мотивы урегулирования отношений подобным образом обусловлены в первую очередь возможным банкротством заемщика в будущем», – отметил Суд.

С учетом достигнутой с мажоритарным кредитором договоренности по поводу несубординации требований аффилированных к должнику лиц и того, что механизм привлечения средств для строительства ТЦ не скрывался от независимых кредиторов должника, ВС сделал вывод об отсутствии у нижестоящих судов оснований для понижения очередности погашения задолженности перед Сергеем Плешковым.

Также Суд отметил отсутствие в материалах дела доказательств выдачи Сергеем Плешковым займов с целью компенсации негативных результатов его воздействия на хозяйственную деятельность должника либо сокрытия кризисной ситуации от кредиторов, транзитного характера перечислений с целью создания искусственной задолженности.

По условиям кредитных договоров, банк обладал всей полнотой информации о финансовом состоянии и корпоративной структуре должника и ГК «Анкор», привлеченных инвестициях, имел право прекратить финансирование либо потребовать досрочного возврата кредита в случае ухудшения экономических показателей.

Обязательства должника по кредитным договорам обеспечивались поручительствами аффилированных лиц, а также залогом недвижимого и иного имущества.

Следовательно, банк изначально имел намерение финансировать строительство объекта совместно с ГК «Анкор», являясь по сути соинвестором.

Более того, в дальнейшем между участниками должника и банком велись переговоры о приобретении последним 51% долей в уставном капитале должника в счет задолженности по кредитным договорам.

Таким образом, банк рассматривал участников должника фактически как своих партнеров по строительству ТЦ.

В связи с этим Верховный Суд РФ вынес Определение №304-ЭС18-14031, которым отменил постановление окружного суда и оставил в силе постановление апелляции.

Позиция ВС защитит добросовестных кредиторов-участников

Партнер юридической компании Tenzor Consulting Group Антон Макейчук полагает, что определение ВС РФ имеет безусловно позитивное значение для текущей правоприменительной практики.

«Данный судебный акт по сути развеивает миф некоторых правоприменителей, которые полагают, что раз кредитор является аффилированным к должнику, то его требование подлежит субординации, – отметил он.

– Данная трактовка позиций Верховного Суда о субординации требований, которые сформированы на протяжении последних двух лет, является ошибочной и не соответствует смысловой нагрузке, которую вкладывал в нее Суд».

По мнению эксперта, ВС справедливо отметил: если участник должника является его заимодавцем, это само по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства: «Верховный Суд в очередной раз призывает суды нижестоящих инстанций отойти от формального подхода в рассмотрении споров и исследовать правовую природу отношений между аффилированным лицом и должником в каждом случае отдельно».

По словам Антона Макейчука, в противном случае неверное применение положений о субординации обязательств может привести к негативным последствиям в развитии рыночных отношений и дестабилизирует и без того хрупкую экономическую ситуацию на рынке, поскольку участникам (аффилированным лицам) будет крайне невыгодно и рискованно вкладывать свои денежные средства в реализацию тех или иных проектов компании. «Таким образом, отраженная в комментируемом определении ВС позиция направлена на защиту добросовестных кредиторов-участников (аффилированных лиц) в делах о банкротстве, позволяя им получить вложенные денежные средства наравне с иными кредиторами третьей очереди», – отметил эксперт.

Источник: https://www.intellectpro.ru/press/commenters/esli_kreditor_affilirovan_s_dolzhnikom/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.